Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
Карамелла, где старшина?
Пошел прощаться с повитухой.
Мало ему было той замужней девицы с ребенком,
так теперь еще эта бесстыдная ш…
- Забудь. Давай сюда сумки. - Благодарю.
Боже милосердный, в моем возрасте переезжать невесть куда!
Может, наконец, найдешь себе мужа.
Если бы я хотела, уже 100 раз вышла бы замуж.
- Ты уезжаешь? - Да, уезжаю.
Мы еще свидимся?
Дай Бог. Молись Пресвятой Деве, чтобы свиделись поскорее.
Святой Рох, сопутствуй нам,
спаси, защити и сохрани нас,
избавь от всякой опасности, всякой беды и всякого зла.
- Доброе утро. - Доброе утро.
- Отец, позвольте. - А где старшина?
Он прощается с этой гнусной повитухой.
Она погубила его на веки вечные!
Уймись. Ты все никак не успокоишься?
Ты уже достаточно наделала шума.
Убить эту потаскуху мало! Она сгубила бедного старшину!
- Все верно! Она его сгубила! - Тихо! Хватит!
Нет, отец. Как ее только земля носит!
Если бы не эта вертихвостка, он не ушел бы в отставку.
А вот и он.
- Будет вам, я же не политик. - В штатском его не узнать.
- Вид такой же дурацкий, как и у тебя. - Спасибо! Спасибо за всё.
- Отставка, значит? - Бессрочный отпуск.
Карабинеры в отставку не уходят.
Но после 30 лет службы я имею право немного отдохнуть.
- Дорогой дон Эмидио! - Разрешите.
Пожалуйста, Карамелла.
Ты был мне больше чем другом. Я никогда тебя не забуду.
Ты очень добр.
- Но вот тебе совет. - Какой?
Не наступай на те же грабли в Сорренто. Завязывай с любовными похождениями.
Мне уже нечего ждать от жизни…
Ты так всегда говоришь, а потом берешь от жизни всё.
- Удачной поездки. - Спасибо.
Благодарю вас за всё.
На прощание я прочту вам стихи, которые только что сочинил…
Давайте, слушаем.
Прощай, Сальена, дивный край!
Тебя люблю я бесконечно!
Я горы покидаю, возвращаюсь к морю.
Но всех вас помнить буду вечно.
Браво! Браво!
Браво! Ты всегда был поэтом.
Какой была бы наша жизнь без поэзии?
Что ж, пусть Дева Мария сопутствует тебе всегда и во всём.
Спасибо, спасибо, спасибо. До свиданья! Прощайте!
- Прощайте! - Спасибо, всего доброго.
Спасибо!
- Сколько с меня? - Сто лир.
Покупайте газеты!
Будешь каждый раз при виде карабинера впадать в тоску, заболеешь.
Что поделать? Это была моя семья, моя жизнь.
- Начнешь жизнь заново. - В моём-то возрасте?
Не падай духом, ты еще молод.
Как у вас говорят: «Млад летами, да стар делами».
Присядем, Карамелла?
Я поступил, как эгоист, Карамелла. Не надо было брать тебя с собой.
- Ну что ты, и думать не стоит. - Билеты, пожалуйста.
ВОЕННОЕ МИНИСТЕРСТВО БИЛЕТ ДО НЕАПОЛЯ
Всё испытал он!
Да брось, старшина.
Прошу, перестань меня так называть.
Ладно, я-то перестану. Но ты не вешай нос.
Не забывай, что ты едешь домой,
а власти Сорренто оказали тебе честь,
назначив тебя начальником муниципальной полиции.
Пожалуйста, я ведь уже просил, не называй ее муниципальной.
- Это полиция метрополии. - «Метропопии».
Метрополии.
А это не одно и то же?
В муниципальную я бы не пошел. А в метрополии — запросто.
Метропопии.
- Метро-по! - Метро-по!
- Ли! И! - Ли! И!
Вот ты зануда.
Отвлекись немного.
- Какое море красивое. - Ага, красивое.
А вон Везувий. Он был пламенным, как карабинеры, но и его пламя угасло.
Даже он ушел в отставку!
Подними голову, посмотри, в каком райском месте я родился.
Хочешь тебе лимон, хочешь — апельсин!
- Лимон! - Потом, потом, потом.
Не отвлекайся. Посмотри-ка лучше туда.
- Там Капри. - А это еще кто?
Остров мечты, земля любви.
Мамма миа!
Простите, сэр.
- Это Искья? - Нет. Это Прочида.
- Искья сразу за Прочидой. - Спасибо.
- Не за что. Плывете в Сорренто? - О, йа. В Сорренто.
Вы из Германии? Дойч?
- Нет, из Швеции. - Ах из Швеции! Мы с вами земляки.
Я не понимать.
Моего папашу все величали дон Дженнарино по прозвищу «Швед».
- Ваш папа был шведом? - Нет, это прозвище! Забавный он был.
Питал слабость к шведским туристкам, приезжавшим в Сорренто. Понимаете?
- Нет, не очень. - Тем лучше.
Мы прибыли.
- Прощайте. - Кавалер Антонио Каротенуто. Оревуар.
Оревуар.
- Оревуар, мадам. - Уи, уи, се ля ви.
- Оревуар еще раз. - Бай-бай.
Вставай, Карамелла. Я привез тебя в рай!
Посмотрим, как ты ведешь себя в раю.
Добро пожаловать в Сорренто!
- Давай, Карамелла. Пойдем уже. - Да иду я. Попридержи коней!
- С приездом, синьор. - Спасибо. Рад вас видеть.
- Вы меня узнали! - Как не узнать?
- Оревуарчик. - Бай.
- Так вы меня узнали! - Мы из одного города.
- Давайте сумки. Я помогу. - Вот и хорошо.
Тонино!
Мадам, давайте гитару.
- Маттео! - Тонино!
- Дорогой брат!
- Отлично выглядишь! - Ты тоже.
- Да нет, я постарел. - Мы, Каротенуто, не стареем.
Ты уж точно всегда будешь юнцом.
- Чичилло, возьми сумки! - Слушаюсь, дон Маттео.
- Чичилло! - Карамелла, это дон Маттео.
Мой брат. Хотя мне он всегда был как отец.
- Правда? - Маттео, это Карамелла.
- Очень приятно. - Она мне как мать.
- Мы так благодарны, что слов нет… - Да брось ты.
А он хорош собой! Похож на дона Боско.
Чичилло, да возьми же его сумки!
- Она сварливая тетка. - Чего вдруг?
- Но у меня не хватило духу ее бросить. - Хватит, а то домой уеду!
Да неужели?
- Командир, всё готово. - Спасибо.
- Пожалуй, можем ехать. - Да, поехали.
Сорренто такой красивый.
Извините, а вы правда дон Антонио Каротенуто?
Он самый. К твоим услугам.
- Спасибо. Мое почтение! - Какая прелесть!
Зачем этой шпане знать, я это или нет?
- Кое-кто его послал на разведку. - Кто?
- Донна София. - Кто это? Зачем ей это?
- Она хочет и дальше жить у тебя. - Квартирантка?
- Ты мне о ней писал. - Да.
Моя упертая квартирантка. Нет, дом мой. Донне Софии придется смириться.
- Как прикажете, командир. - Чичилло, поехали.
Поехали, Чичилло!
Красные луцианы! У нас самые свежайшие!
Вы нигде не найдете рыбы свежее!
Барабулька! Живая барабулька!
У нас есть барабулька, налетай!
Ешьте свежую рыбу, а не всякую вонючую гадость!
У нас самая свежая рыба. Никто здесь не может с нами тягаться!
- Эй! - Эй!
Рыбу даже не видать, а вонь издалека можно почуять!
Мы отвешиваем щедро и не мелочимся. Свежая рыба! Живая рыба!
Живая забальзамированная рыба. Свежая и восставшая из мертвых.
Эй, донна Кармела. Сейчас я тебя воскрешу и тут же отправлю на небеса!
- Чего тебе? - София, не связывайся с ней.
Руки прочь!
Вот именно! А то, не дай Бог, скомпрометируешь Веселую вдову.
Эй! Донна Кармела.
Я может, и вдова, мой муж умер. Но ты тоже вдова, хоть твой и жив!
- Вот так-то! - Постыдилась бы, сучка крашена!
Это ты мне? Да как ты смеешь! Вот нахалка!
- Похами мне еще. - Ну хватит уже. Успокойся!
- Ведешь себя, как дурак! Отпусти! - Подходи, налетай! Всё свежайшее!
Свежее рыбы вы не найдете!
- Ты поранился? - Нестрашно.
- А чего вмешивался? - Я их за тебя убью.
- София! - Что?
София!
Что такое?
- Тот важный дядька приехал. - Да? На, держи.
Ну ладно вам, парни, хватит уже. Иди сюда, Николино, давай поговорим.
- Я не хочу говорить. - Не глупи.
- Ты же знаешь, какие эти бабы бывают. - Зачем он вмешивался?
Титино, постой тут за меня.
Не переживай. Свежая, живая рыба!
Красный луциан и барабулька!
- Вот она. - Кто?
Донна София, она же Фиглярка. Твоя квартирантка.
Будь осторожен, она кого угодно вокруг пальца обведет.
Остановись.
Мое почтение, дон Маттео.
- Дон Антонио, не сочтите за наглость. - Поговорим об этом завтра.
Как пожелаете.
Отведайте свежей рыбы: я ее поймала как раз к вашему приезду.
- Спасибо. Но не стоит. - Зачем вы меня оскорбляете?
- Поговорим завтра, голубушка. - Я вам не голубушка.
Уверяю, у меня и в мыслях не было вас обидеть..
Я к вам со всей душой, а вы мне в ответ хамите?
Донна София, довольно. Болтовней мы ничего не уладим.
Болтовней? Я лишь хотела вас поприветствовать.
А дон Антонию такой милый.
Если вы и правда думаете, что мой брат милый…
Еще какой. Несмотря на прохладный приём.
…освободите квартиру, которую вы нахально заняли.
Мне негде жить. Брату пришлось искать мне временное жилье.
- Успокойся. - Вы правы, но я бедная вдова.
- Ах, вдова! - Да.
Ой, только не заводи шарманку про вдову.
Да, ты вдова, но вовсе не бедная.
Кроме того, в Сорренто полно жилья. Я нашел тебе много вариантов.
Мне нужен дом у моря, дон Антонио.
- Мне тоже. - Слышишь? Ему тоже.
Донна София, ты уже проиграла нам суд. Уходи сама, не то мы тебя выселим.
Я знаю! Знаю, что у тебя сердца нет.
Но твой брат не посмеет выставить меня не улицу.
Дон Антонио, я одинокая и беззащитная.
Тружусь весь день, зарабатывая на жизнь.
Один лишь взгляд на вас говорит, что вы… как бы поприличнее?
Что вам не хватит способностей и сил…
…обидеть бедную вдову.
Вы не галантный кавалер, нет. Вы просто святой!
Ну кому ты мозги пудришь?
Мой брат устал с дороги. Нам пора.
- Мы это еще обсудим. - Конечно. Угощайтесь.
Спасибо, в другой раз.
- Поехали, Чичилло. - Вперед.
Дон Антонио! Не доводите до отчаяния, а то я и собой покончить могу!
Свежая рыба! Живая рыба! Посмотрите, какие мидии!
Представьте, сколько тут витаминов!
Плоды моря! Плоды любви!
Плоды сердца — плоды любви.
Плоды сердца — плоды обмана.
- Что сегодня делаешь? - Всё, что захочу.
Всё, что захочешь ты, захочу и я. Идеально.
- Свежая рыба! Живая рыба! - София.
- Барабулька! - София.
- Живая и свежая! - София!
Что?
Может, прогуляемся до купальни королевы Джованны?
- Помнишь? Там я тебе и признался. - Не мешай мне работать, дружочек.
Ну ладно.
Тебя люблю я нежно, но ты так холодна.
Да, холоднее льда я, меня не растопить.
- Тебе заняться больше нечем? - София.
Скажи, что любишь меня.
Пожалуй, не сегодня.
А завтра посмотрим.
Я же многого не прошу. Всё, что мне надо, это поцелуй.
И, может, улыбка.
Как будто тебе не хватает поцелуев и улыбок.
- Да, но ты неуступчивая и властная. - Я ведь твоя начальница.
Требовать не смей, но молить можешь.
Ладно, зажгу свечку и буду молиться тебе.
- Счастливо, София. - Пока.
Барабулька! Живая и свежая!
Вот, приехали.
Это похоже на сон. Я вдыхаю воздух родного дома.
С каждым вдохом молодею.
Сильно не молодей, иначе жди беды.
Тонино.
Иди сюда на минутку.
Тонино, послушай меня внимательно.
Ты будешь жить в гостях у весьма уважаемого человека.
- Ты это уже говорил. - Повторить нелишне.
Чичилло, скажи синьоре, что мы уже поднимаемся.
- Хорошо. - Так вот.
Эта весьма уважаемая дама живет одна.
Одна.
Она высоконравственный человек, образец морали.
- Она тебя принимает как одолжение мне. - Естественно.
- И потому что Карамелла с тобой. - Спасибо.
Она делает это не ради выгоды.
Она это делает из благодарности мне, потому что я по мере сил помогал ей
преодолеть серьезный чувственный кризис.
Чувственный кризис?
Обойдемся без подробностей. Просто веди себя, как джентльмен.
- Я он и есть. - Да.
Тонино, не надо давать пустые обещания.
- А тебе чего? - Гитару взять.
- Осторожнее с ней, ладно? - Тонино.
Обещай, что в Сорренто ты будешь себя вести,
как подобает мужчине твоего возраста…
Игнорируй его.
…назначенному на важный общественный пост.
- И у которого брат священник. - Он прав.
- Я же не ребенок. - Да знаю я тебя.
Да брось ты! Я не такой, как раньше. Теперь у меня скучная жизнь.
Я не живу, а существую. Я разочарован, безразличен.
Да врет он.
Когда-нибудь я приму важное решение.
Подумываю уйти жить в монастырь.
- Ну да, конечно. - Ты? В монастырь?
А я пойду в настоятельницы.
Обидно, что ты смеешься над такими важными вещами.
- Дон Маттео. Синьора вас ждет. - Спасибо. Пойдем уже.
Сколько с меня?
Скажем, пятьсот.
Держи.
Ни на секунду не спускай с него глаз, особенно в доме.
Это входит в мои обязанности.
И держи меня в курсе.
- Буду в церкви каждый день. - Хорошо.
О соле мио, станфронт… ате.
Прошу, входите.
Нет, только после вас.
- Доброе утро. - Доброе.
- Это Карамелла. И мой брат. - Кавалер Антонио Каротенуто.
- Донна Виоланте Руотоло. - Руотоло? Неаполитанка?
Нет, что вы. Моя мама — швейцарка. Отец, к сожалению, неаполитанец.
Наденьте коврики.
- Надевай, Карамелла. - Прошу.
Иисус, Иосиф и Пресвятая Дева.
Прошу, входите.
- Проходите. - Мама!
Прошу прощения. Простите. Извините.
Располагайтесь.
- Это гостиная. - Ливинг рум!
Чисто, как зеркало. Видно, что синьора…
- Синьорина. - Извините.
Видно, что синьорина хорошая хозяйка.
- И истинная христианка. - Это тоже сразу видно.
- Это комната для синьоры. - Она тоже синьорина.
Прошу прощения.
- А здесь ваша комната. - Идем.
Идем.
Ах! Потрясающе! Просто манифик!
Синьорита Виоланте даже добавила молитвенную скамеечку.
- Поэтому я очень надеюсь, что… - Я знаю, что с этим делать.
Благодарю, донна Виоланте.
Вы предусмотрели всё необходимое не только для комфорта тела,
но и для спокойствия души.
Хватит с меня чертовых ковриков!
- Большое вам спасибо. - Не стоит благодарности.
- Это гардероб? - Нет, дверь. Она всегда закрыта.
- Она ведет в мою спальню. - Простите.
Тонино, иди, посмотри.
- Вы позволите? - Конечно.
- Какой воздух? А вид! - Море!
Я ведь ради моря в Сорренто и приехал.
- Вокруг растут апельсиновые деревья. - Красивые, но вид на море — это нечто!
- Я много лет не видел моря. - Брось, Тонино.
Потерпи. Скоро я верну тебе твой дом.
- Эх! Дом, милый дом. - К тому же, надо сделать там уборку.
Кто знает, в каком он сейчас состоянии.
Извините.
О, Сорренто, Сорренто, Сорренто Любимая родина
- Расскажи мне о квартирантке. - Обольстительница.
- Держись от нее подальше. - Конечно.
- Лучше я сам всё с ней улажу. - Конечно. Поступай, как знаешь.
Какая метаморфоза! К нам прямиком из королевского дворца?
В жизни это больше не надену. Не заставите! И не мечтайте!
Но тебе так это идет. Какая ты красивая. Посмотри-ка.
Вот донна Виоланте элегантная. А какая душечка. Ну, просто святая.
- Благочестивая, как монахиня. - Монашек ты любишь.
Прикуси язык! Она благородная женщина. Богатая наследница и настоящая хозяйка.
- Я тут всего на день. - Да что ты в женщинах понимаешь!
Немного.
- Посмотри на нее. - Чувственная и загадочная.
- Иди, она тебя ждет. - Кого? Меня?
Предложит вермута выпить. Давай, я сама разберу вещи.
- Разрешите? - Пожалуйста.
- Могу предложить аперитив? - «На посошок», так сказать?
- На посошок пьют перед дорогой. - Значит, выпью за знакомство.
- Возможно, горьковатый? - В самый раз.
Сладость я люблю в ином.
- Синьорина Франческа, присоединитесь? - Франческа! Батюшки.
- Меня уж 40 лет все зовут Карамеллой. - Хорошо, я тоже буду так называть.
- Видал? - Что?
Само провидение послало нам эту святую. Она отвела этот шкаф под твою форму.
Как мило с вашей стороны.
Но зачем? Зачем вешать ее у всех на виду?
- Мне лучше знать. - Ладно, давай..
Но я хочу забыть о прошлом, и жить так, будто мне лишь 20 лет.
Как сказал поэт:
«Люби же, люби, утомленный народ. Ведь счастье, когда в любви повезет».
Ужин через 15 минут, когда придет Маттео. Простите.
Что с ней?
На нее твои штуки не действуют.
Да стал бы я тратить на нее время!
- Она играет? - Да.
У нее в спальне стоит рояль с кучей клавиш.
Хорошо играет.
Это вам не какая-то повитуха, старшина.
Да хоть сама герцогиня, она не в моем вкусе.
Сказала лиса в курятнике.
Карамелла, иногда ты меня просто бесишь.
Титино.
Титино!
Титино.
- Меня звала? - На кой ты мне сдался?
- Простите, Ваше величество, виноват. - Титино!
Иду!
Маляром стал?
Да. Вчера я дрова разгружал. Сегодня вот крашу.
Дом донны Лучии, портнихи. А завтра — как Господь управит.
- Такая уж жизнь голодранца. - Ты подал документы на экзамен?
А как же, но на два места в полиции претендуют аж двести голодранцев.
И, по меньшей мере, у 50 есть рекомендации.
- Господь управит. - Кто как не Он.
- А ты куда? - В город.
- В гости? - Учишься допросы проводить?
Иди дальше дом крась.
Простите, Ваше величество, опять виноват.
- Титино, я ухожу. - Давай.
Цены на рыбу помнишь? А?
Взвешивать-то умеешь?
Что там уметь? К каждому кило рыбы добавляй граммов по 200.
Молодец. А если 300 — вообще хорошо.
- Дон Сальваторе, здравствуйте. - София!
Она похитила мое сердце!
- Ты давай работай, ротозей. - Правильно.
Хороша, как майская роза.
- Какие губки. - Отстань.
- Какая аппетитная! - Доброе утро.
Донна София, вы не можете пройти.
- Заплатите пошлину. - Вы просто море обаяния!
Ты тоже ничего.
- А вот и наша королева. - Мой хороший!
- Я напишу тебе песню. - Кожа просто фарфоровая!
- Счастливчик. - Кто?
- Да Николино этот. - У него нет ни малейшего шанса.
Вот так. Входи!
Простите. Я думал, это Карамелла. Тысяча извинений.
- Вас там женщина спрашивает. - Меня?
Да, она хочет вас видеть.
Но если вы намерены здесь остаться, прошу не водить ко мне в дом женщин.
Что? Я никого сюда не приглашал.
- Она хочет вас видеть. - А я ее — нет. Кто она?
- Ее все называют «Фиглярка». - И кто это?
Торговка рыбой.
- Скажите, что ей нужно к моему брату. - Уже говорила.
- Она сказала, что не уйдет. - Я разберусь.
- Что вам нужно? - Дон Антонио. Простите за наглость.
Вчера вы отказались от рыбы, но сегодня я отказа не потерплю.
Спасибо, но я не могу это принять.
Вот эту можно запекать. Эта хорошо сочетается с майонезом.
А вот этих малюток лучше жарить. Что это у вас тут такое?
Спасибо, голубушка. Но я не могу это принять.
- Опять даете мне пощечину? - Я на женщин руку не поднимаю.
Я пришла, потому что вы хороший, а не чтобы подлизываться.
Если хотите, я немедленно соберусь и уйду из вашего дома.
Я разругалась с вашим братом, но вы — совсем другое дело.
Вы настоящий джентльмен, самый милый человек в Сорренто.
- Вы мне льстите! - Я говорю правду.
Вчера, когда я вас встретила, я сразу почувствовала какую-то связь.
Влечение.
Присаживайтесь.
- Не хочу вас задерживать. - Ну, что за глупости вы говорите!
- Так, значит, вы — вдова? - Разве не видно?
И давно?
Совсем недавно. И детей нет.
- Так вы живете одна? - Одна-одинешенька.
Дон Антонио, приходите ко мне в гости, тем более, дом-то ваш.
- С удовольствием. - Увидите, какой там идеальный порядок.
А на прошлую Пасху я стены побелила. Блестят, как бриллиант.
- Приходите, сделайте милость. - Непременно!
Извините.
- В дверь позвонили. - Ну иди, открой.
- Это ваша жена? - Что? Нет!
Это моя домработница. Я холостяк.
- Да быть не может! - Вы удивлены?
Конечно. Вы такой обаятельный, веселый мужчина!
И тем не менее, я холостяк, да. Видимо, так и не нашел настоящей любви.
- Что вы говорите? - И я всё еще в поисках.
Любви, которая меняет нашу жизнь.
Которая делает нас героями, поэтами, святыми.
Эй, святой.
Твою форму прислали.
Дон Антонио, а вы романтик.
Вы слишком добры.
Командир.
Пора идти в ратушу.
Ладно, иду я, иду.
- Не буду мешать. - Мешать? Вы отрада глаз моих.
- Так придете в гости? - Через час будет удобно?
Я всегда в вашем распоряжении. До встречи.
- Выбросьте это! - Почему? Рыба свежайшая, даже моргает.
Она воняет!
Воздух. Мне нужен чистый воздух.
- Воздух. - Синьорина, прошу простить.
- Ну, вы и тип! - Что такое?
Вы говорили о героях, любви и святых с этой женщиной!
- Я не знала, что меня подслушивают. - Что? Я в жизни такого не делала!
Я не могла не услышать, потому что вы громко говорите!
- Возможно. - Вы много болтаете.
- Я это говорю из любви к… - Не похоже.
О, я имела в виду дона Маттео.
Он так за вас переживает. Поэтому я это и сказала.
Да пожалуйста!
Ребят, повнимательнее. И вы тоже. Он капризный, бывший карабинер.
- Он идет. - Уже? Ладно, стройтесь.
Господин мэр, он здесь.
Ради Бога, не забудьте! Гигиена должна быть в приоритете!
Смирно!
Туризм тоже очень важен.
- Кавалер Антонио Каротенуто. - Рад знакомству.
Хорошо.
- Новости? - Какие новости?
- Что сегодня нового? - Я еще не успел прочитать газеты.
Какие новости в участке? Все ли на месте, рапорты…
- А, теперь понял. - Ладно. Разойдись!
- Многое нужно реформировать. - Мы в вас верим. Городской совет.
Гигиена.
Дороги.
Снабжение.
Материнство и дети-сироты.
Образование.
Культура.
Похоронное бюро.
Здравоохранение.
Туризм.
Сады и зелёные насаждения.
Кавалер.
Кавалер!
Кавалер, приветствую вас от имени Городского совета,
который вверяет вам муниципальную полицию.
Чем подтверждает нашу веру в вашу компетентность и чувство долга.
В свете сказанного выше, искренне и сердечно вас приветствую.
- Потрясающе! Я глубоко признателен. - Спасибо.
Господин мэр, уважаемый Совет.
Сердечно благодарен за такой теплый прием.
Также благодарю вас за то, что поддержали мое предложение,
которое я изложил вам в письме, отправленном еще из моего дома в горах.
Я говорю об экзамене на должность еще двух офицеров
в команду полиции метрополии, которую я буду иметь честь возглавлять.
А также спасибо за то, что согласились обеспечить наш корпус
полным комплектом парадной формы.
Очень хорошо.
Я буду служить родному Сорренто так же, как служил более 30 лет в армии.
И, поверьте, я был бесконечно верен
королю, Дуче и Президенту Республики.
- Браво! - Хорошо сказано!
- Хочу… - Что говорит?
- «Хочу». - Я хочу…
Я хочу привить своему бравому участку
острое чувство ответственности гибкость мышления,
фундаментом для которых будет военная дисциплина!
Отлично.
Именно с такими чувствами
я готов вырвать сердце и прокричать: «Ура нашему мэру! Ура Сорренто!»
Браво! Вот это речь! Я впечатлен. Мои самые искренние комплименты.
София!
Эй! Донна София!
- Чего тебе? - Ты не вышла на работу. Заболела?
- Не твое это дело. - Взяла выходной?
Делаю, что хочу, не приставай!
Попробуйте клубничную граниту! Все сюда за освежающим напитком!
Ой! Дон Антонио Каротенуто. Помните меня? Я Филомена, парикмахер.
Я знала вашу маменьку.
- Точно! Я помню. - Батюшки, какой же вы красивый!
Вы очень добры.
Если не возражаете, хочу заглянуть в квартиру.
Давайте, донна София уже ждет.
- Он пошел к Софии? - Да, к ней.
Зачем?
Да кто его знает, зачем.
- К Софии часто приходят чиновники. - Вы это видели?
Вдова снова начала принимать гостей.
«Лиха беда начало», как говорится…
Донну София не в чем подозревать!
Да как скажешь, сынок. Лишь бы ты был доволен, лапушка.
Разрешите?
Кто там?
Свои.
Уже бегу.
Закрывайся ты, рухлядь!
Командир. Какая честь!
- Вы просто король Неаполя. - Всего лишь повседневная форма.
Располагайтесь.
- Наконец, ше муа. - Что вы сказали?
Прости, это было по-французски. Означает: «Мой милый старый дом».
Сколько воспоминаний.
Помню, как моя бедная мама сидела на балконе и ждала папу.
А там я появился на свет.
- Ой! - Можно?
Конечно, вы же тут хозяин.
Дядя Никола, добрейший был человек.
- Прошу. - Только после вас.
Ой! Простите за беспорядок, у меня нет «фам де шамбр».
- А! Франсе! - Уи.
Говорю, я знаю французский, я была горничной в «Эксельсиоре».
Я прекрасно вас понял, но предпочитаю неаполитанский.
И правильно.
- Какой аромат. «Восточные ночи»? - Нет, лавандовое масло.
Я пришел в этот мир там, где вы теперь спите.
Мне так приятно!
Ваш покойный супруг?
Да.
Мой бедный Паскуалино.
Жизнь и смерть. Бесконечный круг.
Здесь он лучше получился.
Да. Более естественно.
Более живой.
Живее!
Но почему он умер таким молодым?
Такая судьба.
Ах, увы, увы!
Не желаете рюмочку ликера?
В такое время? Но вам я не в силах отказать.
- Я знала, что согласитесь. - Вы умеете убеждать.
- Перестаньте. - Почему вы снова не вышли замуж?
Мне еще несколько дней соблюдать траур.
А потом?
А потом…
…посмотрим.
- За нас. - За нас.
- Ваше здоровье. - Спасибо.
Надеюсь, вы станете генералом полиции,
и вам дадут дом, как королевский дворец.
- Спасибо. - Пожалуйста.
- Присаживайтесь. Это же ваш дом. - Я люблю прохаживаться.
Этот дом взбудоражил мои чувства…
Мой дом. Мой милый дом.
Дон Антонио, я вас понимаю.
- Но поставьте себя на мое место. - Вообще-то, я пытался найти решение.
Жить вместе, как соседи. В городах сейчас такое сплошь и рядом.
- Хозяин живет с арендатором. - Дон Антонио.
Для меня было бы честью и счастьем жить с вами вместе.
Вы достойный человек. Но здесь так не принято.
Я вдова, а вы холостяк. Представляете, что люди скажут?
Меня за полдня ославят, как содержанку, а потом и остальное додумают.
- Ваше беспокойство делает вам честь. - Как мило.
- Но подумайте, в каком я положении. - Дон Антонио!
Делайте со мной что хотите, только не выгоняйте!
- Выгнать вас? Ни за что в жизни.
Ну же, улыбнитесь. От вашей улыбки я таю.
- Так вы продлите мне аренду? - Почему нет?
Но это зависит от многих факторов, надо обдумать вопрос со всех сторон,
а там посмотрим.
- Всегда в вашем распоряжении. - В молитвах. В моих молитвах.
- Дон Антонио. Не сочтите за наглость. - Ну что вы.
- Есть один молодой человек. - Ваш ухажер?
Нет, не поймите превратно. Он безработный, дальний родственник.
Сын невестки кузины сестры моего отца.
- Стремится в муниципальную полицию. - В полицию метрополии.
- Нет, муниципальную. - Теперь — метрополии.
Ну, пусть так. Но на два места аж 200 кандидатов.
Безработица — бич нашего времени.
Там все со знакомствами, а мой родственник — нет. Понимаете?
Конечно. Как его зовут?
Николино.
Никола Паскацио.
- Паскацио? Никола? - Да.
Cделаю всё, чтобы вам угодить.
Дон Антонио, вы святой!
- Донна София! - А?
- Вы неотразимы! - Окно же открыто. Увидят.
- Вы правы. Позже поговорим. - С удовольствием.
- Еще по одной? - Да.
- Я тебе мидий принес. - Ах! Командир.
Вот об этом юноше я вам и говорила.
- Так вы, значит… - Да.
И кто же я, значит?
Я сказала дону Антонио, что ты подал заявку в полицию…
- …метропопии. - Метрополии.
Да, правда.
Да, я, конечно, подал все документы, но это лишь формальность.
У меня нет связей в полиции.
О связях не думай. Ты экзамен хорошо сдай.
- Но… - Я — экзаменатор.
- Слава Богу. - Что ж, я вас оставлю.
Я поговорю с братом насчет продления аренды. Он совладелец.
- Ну, всё! - Не говорите так. Я всё улажу.
Еще раз спасибо за такой теплый и изысканный прием.
Счастливо, юноша.
- Так ты мидий хочешь? - Да, оставь и иди.
И начинай готовиться.
Экзамен уже послезавтра.
Дон Антонио обещал помочь. Но если ты провалишься…
Не нравится мне этот дон Антонио.
- Что он тебе сделал? - Просто не нравится.
- А вот мне нравится. - Он тебе нравится?
- Мне нравится его дом.
- Тогда я не против. - Эй! Кто тебя спрашивает?
Мне вообще ничье разрешение не нужно, ясно?
Понял меня, «юноша»?
- Титино! Иди, забери мидии! - Да? Иду!
- Мне твое разрешение тоже не нужно! - Подумаешь! Тоже мне.
Выметайся давай.
- София. - Что?
- А теперь забудь. - Что забыть?
- Поцелуй. - Зачем тогда поцеловала?
- А потому что захотелось. - Мне тоже захотелось. Повторим-ка.
- Повторили. А теперь уходи. - Еще разок?
- Разок, потом еще, так и останешься. - Я очень даже не против.
- Не сегодня. - Когда?
- На Рождество. Теперь иди. - Чёрт.
Мадемуазель!
Бонжур!
Не узнаете меня?
Я имел честь встретиться с вами на пароходе.
На лайнере.
О, йа!
- Хау ду ю ду. - Прекрасно, а вы?
Хорошо, спасибо. А вы полковник?
В некотором роде.
Полковник…
…кавалерии?
В некотором роде.
-Вы хорошо устроились в Сорренто? - О, йа.
Вон моя вилла. Вилла-пляж.
- Но одни. - Одни?
Я. Китти. Одни.
Пи? Не хотите пи?
Пи-пи?
Нет!
Вы, я, пи. Мартини. На моей вилле. Одни.
- А! Вы хотели сказать «пить». С вами? - Йа.
Вечная любовь Вся выпита до дна…
Тонино!
Извините.
Пи-пи завтра. Меня зовет священник.
Святой отец?
Нет, святой брат.
Оревуар, до завтра.
- До завтра. - До завтра.
Еще и дня не прошло, а ты уже ищешь приключений.
- Возьмись уже за ум! - Что я сделал?
Ничего! Ты никогда ничего не делаешь! Но всегда по уши в бедах!
- На иностранок переключился? - Просто случайная ранконтр.
- Ранконтр? - Случайная встреча. Просто пур парле.
Комм си, комм са.
Завязывай с французским, а то я перейду на латынь.
- Давай, шагай. - Ну, чего ты так завелся из-за ерунды?
Нас ждут, хочу показать тебе один документ.
Заходи.
О! Донна Виоланте. Мое почтение. Привет, Карамелла.
Эй, командир! Какой красавчик! Вы согласны?
Да, вам идет.
Вы очень добры.
Не составите мне компанию? Я пощусь после мессы.
Донна Виоланте, выпьете кофе?
Я кофе не пью, вы же знаете. А от печенья не откажусь.
Тонино. Вы состоите из одних достоинств.
Он прав. Из одних достоинств.
- А ты хочешь? - Нет, спасибо.
Вот так. Я хотел показать тебе этот документ.
- Насчет принудительного выселения. - Погоди.
- Судебный пристав уже в курсе. - Не надо форсировать.
В смысле, не надо форсировать?
- Выселение — это низость. - Низость?
- А кто верещал, что хочет жить у моря? - Знаю, но торопиться всё же не стоит.
Если, конечно, донна Виоланте готова потерпеть меня в своем прекрасном доме.
Оставайтесь сколько надо.
- Ладно, с этим подождем. - Спасибо.
Благодарю. Вы невероятно добры.
- Она просто святая. - Вне всяких сомнений.
- Простите, что прерываю. Карамелла. - Мы уходим?
- Оставайтесь. Вы еще не исповедались. - А ты пойдешь одна?
- Командир, проводи ее. - Если мне окажут такую честь.
- Спрашиваете! - До свидания, Маттео. Пока, Карамелла.
Прекрасная пара!
Рано или поздно Тонино должен остепениться.
Я уже много лет молю об этом Пресвятую Деву.
- Я знаю. - Он должен взяться за ум.
- Он такой бабник. - Я знаю.
- Яблочко от яблоньки. Его папаша… - Да, я знаю.
А его дедушка? «Соррентийский Бык».
Как тихо и спокойно.
Когда вижу этот рай, кажется, что попал в другой мир,
что так отличается от нашего, суетного и порочного.
Мир, в котором наша душа может проявить себя в поэзии.
- И в молитве. - Конечно, и в молитве.
И в любви.
В настоящей любви, которая ничего не просит и не ждет.
Любви двух родственных душ, которые повстречались, чтобы сказать:
«Я люблю тебя до слёз, Без ума люблю, донна София…»
Какая еще донна София? Меня зовут Виоланте!
Простите меня. Не знаю, чего это я…
Зато я знаю. Вон ваша донна София.
- Мчится к вам на свидание. - Я не назначал ей свидания!
- Позвольте. - Почему вы уходите?
Вы коварный искуситель!
- А я повсюду вас ищу. - Что такое?
Ваш брат хочет меня вышвырнуть.
Я уже сказал Маттео повременить, как мы с вами и договаривались.
Ах! Спасибо вам, дон Антонио.
Итак? Когда мы сможем…
- Здесь говорить неудобно. - Я всегда в вашем распоряжении.
Лучше поговорить о наших делах в спокойной обстановке.
Вы правы.
Что, если вечером я загляну
к нам домой и выпью чашечку кофе в вашей милой компании?
Я была бы счастлива.
Но весь дом и так уже сплетничает о вашем утреннем визите.
Как печально.
Тогда встретимся ровно в пять в купальне королевы Джованны.
Это романтичное место, вдали от любопытных глаз. Как вам?
Если вам нравится, то и я довольна.
Донна София, вы вскружили мне голову.
- Ох, дон Антонио! - До встречи.
- Счастливо. - Целую ручки.
Командир! Командир!
Командир, вас ищет господин мэр.
Как же так? У меня служба. Я страшно занят!
Дружище, скажи, что не застал меня, я уехал в Вико-Экуэнсе.
Только поделикатнее.
Сделаем в лучшем виде. Зачем парадная форма?
- Китти! - Тебе-то какое дело?
До свидания.
- Полковник! - Бонжур.
Я ищу свою Китти.
Сбежала. Моя любимая собачка.
Пардоне муа. Я сейчас на службе. Командую.
Большая сучка ищет маленькую. Лямур, мадам. Лямур!
- Это любовь. - Китти!
Любовь моя, куда ты ушла?
Где же ты теперь, любовь моя?
Дядя Винченцо, одолжи бинокль?
- Софию ищешь? - Ее.
Вон она.
- Одна поплыла? - Одинешенька.
Но куда?
Если женщина одна, любовь ищет она.
Донна София!
София!
- Помочь вам, Дон Антонио? - Нет, я спрыгну!
Я сейчас спущусь.
Ну, постараюсь.
Минутку.
Минутку. Уже спускаюсь.
София! София!
На меня только не напрыгивайте.
Как удержаться рядом с такой женщиной?
- Ну, успокойтесь. - Я весь пылаю, как вулкан.
Останемся? Тут так романтично.
Даже циник тут стал бы поэтом. Лодка, море, закат.
И вы, вы, вы, прекрасная сирена.
«Прекрасная сирена морская, скажу я, от страсти пылая,
что в мыслях и в сердце лишь ты, дочь пены морской и воды».
- Я жду документ о продлении аренды. - Будет вам продление.
- Время поэзии, а не прозы жизни. - Но я окажусь на улице!
- Одно мое слово — и всё будет готово. - Одно слово?
- «Без бумажки ты букашка». - Я готов быть букашкой у ваших ног!
А завтра решим всё с бумажками. Подпишем всё, что надо.
- А пока предадим всё забвению. - Чему?
Забвению. Присаживайтесь.
- Забвению, София. - Это еще что?
Забвение — когда забываешь обо всём, как во сне.
«Прекрасная сирена морская, скажу я, от страсти пылая…»
Почему вы не стали поэтом?
Судьба. Или просто не было женщины, которая меня бы вдохновляла.
Но теперь я ясно вижу свою судьбу.
Не только видите, но и трогаете.
Даже священники выбираются на отдых. О времена… Давай сбежим.
- Дон Антонио, пора прощаться. - Погодите. Они скоро уйдут.
Вот, здесь будет удобно.
Батюшки! Сам мэр!
Мэр! Боже мой. Он же меня искал.
Это плохо.
- Было бы благоразумно… - Я-то уйду, но как же вы?
Если я пойду с вами, он меня увидит.
Понимаете, он искал меня по срочному делу.
- Уходите. - Тогда увидимся завтра.
- Лучше у меня дома. - А я предлагал. Какой конфуз.
Ой, спасибо.
Вы видали такую красоту?
Давайте спустимся.
И рассмотрим поближе этот удивительный природный амфитеатр.
Осторожно, тут скользко.
Осторожнее, иначе мы все окажемся в воде.
- Осторожно, острые камни. - Я вижу.
Потихоньку.
И мы на месте.
Итак, Ваше превосходительство, прямо в этой купальне
римский патриций Поллий Феликс построил виллу.
Кое-где видны стены
из прямоугольных камней.
По легенде, именно здесь королева Джованна…
Прошу, присаживайтесь.
Королева Джоанна очень любила это место,
которое в наши дни стало тайным уголком для влюбленных.
- Не найдется прикурить? - Конечно.
- Спасибо. - Боже правый.
К сожалению,
эти лазурные воды загрязняются отходами с кораблей
и канализационной системой города.
Всё, хватит. Я помогу.
- Всё хорошо? - Лучше не бывает.
Меня поджидаешь?
Ты где шлялась?
Да как ты смеешь? Получай!
Постой минуту! Где ты была?
Где хотела. Я ни перед кем не отчитываюсь, особенно перед тобой.
Зря ты так со мной обращаешься! Я не какая-то девка!
Да, я знаю. Зря я в тебя влюбился.
Если зря, найди другую.
Осторожно, Ваше превосходительство. камни очень скользкие.
- Ладно, хватит. - Ауф видерзейн!
- Ауф видерзейн.
Китти!
Бедняжечка.
Сейчас я тебя впущу.
Бедняжка.
Китти!
Синьорина? Мадемуазель! Я ее спас. Сове.
- Спасибо! Вы нашли ее в море? - Да.
Да, в море. Чуть сам не утонул.
Да, бедняжка уже почти…
Спасибо. Настоящий друг.
Но вы совсем мокнуть. Пи?
- Пи-пи? С удовольствием. - Тонино!
Святой брат.
Ходите. Ходите быстрее.
До завтра.
И спасибо за Китти.
Что опять натворил?
- Спасал. - Нет!
- Это я тебя буду спасть! Так нельзя! - Согласен, ты будто моя тень!
- Откуда ты узнаёшь, где я? - Господь меня направляет!
Дома тебя нет. И почему? За юбкой таскался! Ты посмотри на себя!
Тонино, надо соблюдать правила приличия!
Мне целых 30 лет приходилось соблюдать армейские правила!
Пора, наконец, угомониться. Ты не молодеешь.
Не молодею? Я? Да я молод, силен и энергичен!
Иди поспи, ладно?
Лягу я спать или нет — это мое дело!
Кого Бог хочет погубить, того сначала лишает разума.
- Что это значит? - Не знаю.
- И знать не хочу. - Нет, ты должен знать!
Это значит, что Господь лишает разума того,
кого хочет погубить, вот прям как тебя, Тонино.
- Если Богу угодно. Доброй ночи. - Угодно! Спокойной ночи.
Как прекрасна даль морская,
Как влечет она, сверкая,
Сердце нежа и лаская,
Словно взор твой голубой.
Слышишь в рощах апельсинных
Звуки трелей соловьиных?
Вся в цветах благоухая,
Расцвела земля вокруг.
Но ты едешь, дорогая,
Даль зовет тебя иная…
Неужели…
…навсегда я
Потерял тебя, мой друг?
Не оставь меня!
Тебя я умоляю!
Вернись в Сорренто,
Любовь моя!
- Наконец-то! - Как он?
- Входите, доктор. - Спасибо.
- Коврики! - Доброе утро, синьорина.
- Дон Маттео! - Бросьте.
- Что это? - Коврики вместо обуви.
- Туда, доктор. Проходите. - Так что с ним стряслось-то?
Не знаю, дон Маттео. Он очень болен.
- Я так и знала! - Ему очень худо.
- Тихонько. Тихонько. - А что такое?
- Войдите! - Какой слабый голос…
- Здравствуйте. - А вот и доктор.
Тонино. Как ты? Как самочувствие?
Доброе утро.
- Доктор. - Мы виделись в мэрии. Я член совета.
- Советник по гигиене, я помню. - Посмотрим, что у вас.
Ничего. Дамы преувеличивают.
Вечером я почувствовал легкую боль в почках.
Прекрати, Маттео.
А утром я по наивности ляпнул дамам об этом приступе.
- Лихорадки нет. - Слава Богу!
- Хоть немножечко, но больно. - Посмотрим, что там.
- Тонино. - Видите?
Что это может быть?
- Вчера он вернулся домой весь мокрый. - Дождя же не было.
А морские приключения были.
Ничего серьезного.
- Банальный прострел поясницы. - До скорого, дорогой!
- Вот рецепт. Не давайте ему вставать. - Он упрямый.
- Да, верно, еще какой. - Но он здоров как бык.
Только ему не говорите, иначе он нас доконает. Спасибо, доктор.
- Что вы, не стоит. - Мои дорогие.
Мы все должны приложить усилия для его спасения.
- Мы на всё готовы. - Вы святая.
- Синьорина, я пойду в аптеку. - Поторопись, Карамелла!
И пусть не встает с постели.
- Чертовы тряпки! Чтоб меня! - Пойдемте, доктор!
До свидания.
Войдите.
- Где он? Где? - Я здесь!
Не оборачивайтесь. Минутку. Теперь можно.
- С ума сошли? Быстро в кровать! - Не могу. Я занят.
- Чем это? - Экзаменом в полиции метрополии.
- Отмените. - А в 10:00…
Что в 10:00?
- Важная встреча. - Перенесите.
Это важно, но спасибо за беспокойство.
- Христианка не оставит больного. - Вы так добры.
- Я здесь как сестра милосердия. - Смелые монахини с крыльями ангелов!
- Небольшой прострел. - Забудьте о крыльях.
- И позвольте кое-что для вас сделать. - Что?
- Массаж. - Массаж? Вот этими ручками?
- Оставьте эту чепуху и ложитесь. - Слушаюсь.
- Так не больно? - Нет.
- Что такое? - Щекотно. Но продолжайте.
- А так больно? - Да! Адская боль.
- Попробую освященное масло. - Давайте.
- Больно? - Нет.
- У вас волшебные руки. - Что вы такое говорите?
- У вас уже бывали прострелы? - Да, заработал на службе.
Один Бог знает, как я страдал, чтобы стать старшиной.
Дисциплина, служба, жара, холод, дождь, караулы, перестрелки.
- Вчера вы несли караул под водой? - Да. Я упал, когда патрулировал утес.
- Искали там торговок рыбой? - А, я и сам под особым наблюдением.
Да что наблюдать. Весь город видел вас с той торговкой.
Торговка или герцогиня, социальный статус мне не важен.
- Я демократ, ищу истинные чувства. - Как же. Истинные чувства…
Вы недооцениваете меня, донна Виоланте, но вы еще измените свое мнение.
Волк в овечьей шкуре!
Эта овчинка стоит выделки!
ПУБЛИЧНЫЙ ЭКЗАМЕН ГОРОДА СОРРЕНТО
- Франческо Маддалена. - Ну как?
- Посмотрим. - А Николино?
- Говорит с командиром. - С ним всё ясно.
- Почему? - Благодаря донне Софии.
- А София тут при чём? - А ты не знаешь?
Командир крутит шашни с Фигляркой. Их видели в купальне королевы Джованны.
- Ага! А что же Николино? - Рога отращивает.
Дженнаро Ла Моника.
- Перейдем к дорожным знакам. Это? - Ла Моника.
- Проезд закрыт. - Для кого?
Бог его знает.
Итак. Вы знаете правила дорожного движения?
А этот?
Труба?
Ладно, обсудим ваш моральный облик.
Допустим, ты патрулируешь пляж и вдруг видишь женщину в бикинях…
Кто такие бикини?
Раздельные. Что бы ты сделал?
А что сделаешь? Пялился бы.
Какое «пялился бы»? Выписал…
Адресок ее?
- Штраф бы выписал за правонарушение. - Кому?
- Женщине в бикинях. - Господи, почему?
Потому что разрешены купальники определенных размеров.
- Мне с рулеткой ходить? - Не говори ерунду.
- Я лучше пойду. - Не начинай службу с неподчинения!
Повторяй за мной. Я выпишу…
- Я выпишу. - …штраф…
- Штраф. - …за нарушение…
- За нарушение. - …женщине…
- Женщине. - …в бикинях.
- В бикинях. - Молодец!
- Еще какой.
- Иду, командир - Я за него.
- Гербовая бумага. - Молодчина.
- Перо и чернила. - Потом иди в лавку.
- София. - Что?
Если дон Антонио не продлит аренду, я покончу с тобой.
Нет, не волнуйся, всё он продлит.
Пришел.
София! Я сдал экзамен!
Молодец! Я так рада!
- Вечером увидимся. - Пойдем, Николино.
- Иди с ним. - София.
- Я больше не голодранец. - Да.
Командир говорит, у меня будет работа, зарплата и положение.
- Конечно, позже поговорим. - Разрешите?
- Командир! - Командир!
Командир, прошу.
Спасибо за отличную новость. Увидимся позже.
Проходите.
Я помог ему на экзамене. Он станет отличным полицейским.
- Я знаю. - Железная дисциплина и обучение!
Вы прирожденный командир!
Вот бумага для продления аренды и ручка. Пожалуйста.
Конечно.
Присаживайтесь.
- Может, хотите кофе? - Да, спасибо.
Знали бы вы, что у меня на сердце…
- Одну или две? - Две.
Если бы вы умели читать мои чувства…
Я умею читать.
Я спросил себя: «Антонио, что ты ищешь?»
- Возможно, вы ищите ручку? Вот она. - Ну, нет же, София. Я любовь ищу.
И не только любовь. Я ищу тепло такой женщины, как вы.
Я 30 лет иду по жизни один. Совсем один.
И вот, чего я хочу: семью, детей… София.
- Скажите, что я не сплю. - Нет.
Не спите.
- Это правда? - Да.
А у нас нет таких связей, Чичилло!
У тебя нет любовницы, которая шляется с большими шишками
по купальням всяких королев!
Хватит этих грязных намеков! Я сдал, потому что учился!
София тебе уроки давала?
- Сейчас я ей рот закрою! - Нет, София!
- Донна Кармела. - Чего?
Я сейчас дам вам урок прямо по морде!
Иди, попробуй, если хватит смелости!
Приду, когда захочу!
Верно! Не будем мешать миловаться с доном Антонио!
- Сейчас я ей… - Прекратите.
Не надо.
- Вмазать бы ей! - Она того не стоит!
- Возможно, но она оскорбила нас обоих! - Не обращайте внимания!
Легко сказать.
В общем, вы собираетесь подписывать продление или нет?
- Что угодно подпишу, даже завещание. - Давайте.
- Всё мое — ваше. Обожаю вас. - Для меня это честь.
- Я вами восхищаюсь. - Да.
- Кто там? - Дон Пеппино.
- Какой дон Пеппино? - Дон Пеппино, судебный пристав.
- Зайдите в другой раз. - Не могу.
- Мне сейчас неудобно разговаривать. - Откройте, или я вызову карабинеров!
Откройте скорее.
- Извините, но вот акт о выселении. - Что?
- Меня выселяют? - Да, вас.
Вот постановление.
Либо вы уезжаете по доброй воле, либо я возвращаюсь с полицией.
- Дон Антонио. Вы меня предали! - Я? Предал вас?
- Неужели вы такой жестокий? - Выгоняете бедняжку?
- Боже правый! - Не ожидала от вас такого.
- Взяли и выселили? - Сердца у вас нет!
- Да вы самодур! - Какой позор!
- Да. - Это позор!
- Дон Пеппино, вы можете подождать? - Нет. У нее есть время до заката.
- Тогда до вечера. - Ладно.
Увидите, что слово Антонио Каротенуто — это слово человека чести! Уходите!
Вон!
Это постановление о выселении.
И вы тоже уходите. Выметайтесь!
Давайте! Представление окончено. Шустрее!
Давайте отсюда!
Почему ты плачешь?
Командир — человек слова. Помог мне сдать экзамен.
Значит, и тебе аренду продлит.
- Почему ты плачешь? - Да не лезь ты! Уходи! Исчезни!
Утри слезы со своих прекрасных глаз.
Дон Антонио пляшет под твою дудку. Вы же вчера вместе ходили в купальню.
А сегодня? Где вы сегодня собираетесь гулять?
И это твоя благодарность?
Так что мне теперь, молиться на тебя?
Знаешь, кто ты? Ты лгунья и предательница!
Убирайся!
Веселая вдова!
Вон!
Да. А знаешь, кто ты еще?
Ты коварная девка!
Прочь!
- Ох, не торопитесь. - Доброе утро, донна Виоланте.
Помилуй, Боже. Иисус, Иосиф, Святая Анна.
Иисус, Иосиф, святая Анна и муж ее, святой Иоаким.
Господи помилуй и сохрани.
Тонино, подумай, что ты творишь. Хоть хоть раз в жизни подумай!
Я всегда думаю, что делаю. По-твоему, я — псих?
Подумай о своем положении. Что люди скажут?
Плевать мне на это. Мне нравится София.
- А я нравлюсь ей. Она будет моей. - Приехали.
Я женюсь на ней.
Ты совсем дурак?
Все равно женюсь.
Иди сюда, садись.
И послушай меня.
Тонино, подумай. Забудь ты донну Софию. Беги от нее. Не падай в пропасть!
Маттео, мне нравится София. Мы любим друг друга.
- Она на 30 лет тебя младше. - Любви все возрасты покорны!
Только одни покорнее других.
Я знаю, на что я способен, а на что — нет.
- Тонино, она искусительница. Сирена! - Я справлюсь хоть с тысячей сирен!
- Болтун ты, каких мало. - Уж какой есть.
- Я знаю. Но мой долг… - Какой долг? Я уже совершеннолетний.
- Да? А ума так и не нажил! - Ладно!
Пусть так, но пути назад нет.
«Кого Бог хочет погубить…»
Ну, пусть погубит, Маттео. Так тому и быть.
- Прекрасная донна София! Прошу. - Нет, спасибо.
Какая же вы красивая.
- Здравия желаю! - Ой, командир!
- Здравствуйте. - Я всё уладил.
- Спасибо. - Не за что.
Спасибо.
- Можно вас на пару слов. - Минуту, я занят.
- Прошу, проходите. - Спасибо.
Пожалуйста.
- Простите, что пришла без приглашения… - Ни слова больше!
Я отозвал доверенность брата и отменил акт о выселении.
- Вы довольны? - Спасибо.
Я еще при первой нашей встрече поняла, что вы святой.
- Но бедам моим нет конца. - Что такое?
Я бедная вдова. Весь день работаю. К вечеру с ног валюсь от усталости.
Я знаю, вы — потрясающая женщина.
Ой! Какой вы красавец!
Да-да.
Как же вам идет!
- Жаль, что я вас таким не видела. - И не говорите.
Что, больная тема?
От ваших слов я страдаю еще больше. Служба была для меня всем.
Извините, я не знала.
Пустое. Но вы расстроены, значит, я вам не безразличен?
Дон Антонио, я несчастная женщина.
И сплетники уже стараются.
И сплетничать будут о моём и, надеюсь, о вашем счастье.
Я только что сказал брату, что намерен официально обручиться с вами.
- А он что сказал? - Как обычно: «Подумай. Не спеши».
- Но сердцу не прикажешь. - Дон Антонио, вы опытный мужчина.
Обрученная вдова — или содержанка, или жена.
И я готов.
София.
Будьте моей женой.
София, я жду.
Жду, затаив дыхание, когда с ваших губ слетит такое сладкое слово «да».
Донна София Кокоцца,
берете ли вы в мужья кавалера Антонио Каротенуто?
- Я вам завтра скажу. - Почему не сегодня?
- Завтра заканчивается траур. - Но считайте, что мы помолвлены.
Если вам угодно.
Пойдете со мной сегодня на праздник?
- Жду не дождусь сегодняшнего вечера. - И я тоже.
- Как же мы повеселимся. - Я вам это гарантирую.
Спасибо.
- Донна София. Красавица. - Никола Паскацио.
- Я здесь. - Прошу.
Заодно, пока вы здесь, снимем мерки, чтобы подобрать форму.
Нет, не надо снимать никакие мерки.
Я отказываюсь от должности.
И по какой причине?
- Вы ее знаете лучше других. - Подождите. Секунду.
- Я не потерплю подобного поведения. - Как хочу, так себя и веду.
Нет, вы не имеете права!
Вы должны объясниться!
- Что объяснять? Сами знаете. - Ничего я не знаю. Говорите!
- Не надо мне приказывать! - Я вас арестую за неуважение!
Что? За что вы меня арестуете?
Сами-то не лучше: ухлестываете за моей возлюбленной!
Флиртуете с женщиной, которая вам в дочери годится.
Вон! Вон отсюда!
- Ты что творишь? - Не трогай меня.
Дон Антонио. Пусть я и безработный бедняк.
Но я этого не стыжусь, потому что я человек чести!
Синьорина, зачем плакать? Слезами горю не поможешь.
Карамелла, что же мне делать?
Прости, конечно, но ты — дура.
- Говорите, что хотите. Мне всё равно. - Идем.
Иди сюда, вытри-ка слезки и посмотри на себя в зеркало.
Вот это снимем!
И такую красоту она в мешок прятала. Ты посмотри на эти плечи.
А руки, а грудки!
Ты как Венера Рафаэля!
Да если бы командир тебя увидел, в обморок бы упал.
- Хватит! - Клянусь!
Желаете вернуться в город, или немного потанцуем?
- Потанцуем. - После вас.
- Донна София, прошу. - Добрый вечер.
Добрый вечер.
Спеть мне, пожалуйста.
Я эту песню не знаю.
- Нет? - Привет! Эрика!
- Рада тебя видеть. - Как ты? Вот это встреча!
Хорошо выглядишь.
Ты рыбак?
- Нет. - Нет? А что заниматься?
Ничего. Уезжаю.
Ах! Уезжать? Далеко?
Да. Куда подальше.
Командир, потанцуем мамбо?
Что еще за мамбо?
Такой бразильский танец.
Господин, мэр, смотрите! Смотрите!
Пардон!
- Браво, донна София! - Спасибо.
- Как вы чудесно танцуете! - Он тоже ничего.
Полковник! Дорогой полковник. Как поживаете, полковник?
Я не полковник.
Садиться на мой стол.
Мы забронировали этот. Простите.
Дотер? Ваша дочь? Красавица!
Вся в папаша, правда?
- Она не моя дочь. - Я обручена с шефом.
- Простите. - Не страшно.
Потанцуете со мной? Если невеста разрешать.
Ну, конечно же. Иди, мон шер.
- Ты так добра. Идём! - Спасибо.
- Что желаете? - Мне — мороженое.
- И его спросите. - Мой заказ за другим столиком.
Я тебе не мешаю?
- Нет, сиди. - Спасибо.
- Не за что. - Вы очень добры.
Всегда рада.
Тем лучше, сможем спокойно попрощаться.
- Не начинай. - Что не начать? Всё кончено.
Я пришел попрощаться. Я уезжаю.
Куда?
Я еду в Венесуэлу.
И когда едешь?
- Завтра я отправляюсь в Неаполь. - Посмотри на этот бардак!
Вечно ты вся изгваздаешься.
- Прощай и удачи. - Пришли кусок свадебного торта.
О! Эскюзе муа.
София!
- София. В чем дело? - Не видите? Я всё платье испачкала!
- Отмоется. Или хотите переодеться? - Я лучше поеду домой. Я устала.
Так внезапно? Что случилось?
Я устала. Мне не нравится музыка, мне грустно.
Может, потому, что завтра - год, как умер Паскуалино.
Земля ему пухом.
- Спокойной ночи. - Я провожу.
- Нет, останьтесь. - Я провожу вас лишь до порога. И всё!
Нет, оставайтесь и повеселитесь.
Какое веселье, когда вас нет?
- Когда я такая, меня лучше не трогать. - Это какая?
Ну… нервная. Всего хорошего.
Генерал!
Я не генерал и не полковник.
Давайте не будем об этом.
Но что случилось? Вам грустно?
Да, немного. Мне надо подумать.
Понимать. Теперь я вам мешаю.
Мадемуазель.
- Йа! Извините. - Конечно.
Доброй ночи.
И вам.
Командир.
К вам этот Никола Паскацио.
- Не пускать? - Я не принимаю.
Слушаюсь.
Простите, командир не принимает. И нечего тут торчать.
- Не принимает? - Нет, идите домой.
Никола Паскацио!
Входите.
Я пришел забрать документы, которые я подавал на экзамен.
Мне нужен мой паспорт.
- Уезжаете? - Да. В Венесуэлу.
Минуту.
- Держите. - Спасибо, командир.
Стой. Ты, правда, хочешь уехать?
Да, командир.
Видишь ли, Паскацио…
Я совершил ту же ошибку, что и ты сейчас.
Из-за ревности я записался в карабинеры и уехал. Ты тоже хочешь уехать?
Дон Антонио, так будет лучше. Я слишком люблю Софию.
А она?
Она тебя любила? Пока я не…
Дон Антонио, клянусь вам всеми святыми.
- Перестань. - У нас с ней давно взаимные чувства.
Ради дома и повышения для меня, она притворялась, что любит вас.
Я сразу это понял.
- Я не питал иллюзий. - А я ревновал и обидел ее.
- Она расстроилась и… - Катастрофа.
- Ничего, донна София тебя простит. - Я хорошо ее знаю.
Никогда. Титино пытался ее убедить. Моя тетя пыталась ее убедить.
И всё зря. Но она права. Я сильно ее обидел.
- Она простит, только если я убью себя. - Хорошо.
Отчаянные времена требуют отчаянных мер.
Иди, садись. У всех сегодня праздник, пусть и у тебя будет.
- Бери ручку и бумагу… - Я не умею складно писать. Не знаю…
- Тогда давай, я буду диктовать? - Ладно.
«Обожаемая…»
Нет. «Возлюбленная моя…»
Нет, слишком литературно.
«Моя София».
Зачеркни «Моя». «София», запятая. Так драматичнее.
«Я несправедливо…»
Нет!
«Несправедливо» пишется слитно.
Присядем здесь.
- Зачем мы сюда пришли? - Чтобы вы развеялись.
- Хотите граниту или мороженое? - Мороженое.
- Официант. - Слушаю.
- Два кофейных мороженых. - Минуту.
- Донна София, мое почтение. - Всего вам хорошего.
Пока, Николино. Удачной поездки.
Поосторожнее там. Пиши чаще.
- Вы попрощались? - Вчера вечером.
Бедный юноша.
Беги.
«С безнадежной любовью к той, кого потерял,
о которой можно мечтать, но никогда в жизни уже не встретить.
Любящий тебя вечно, Николино».
Спасибо.
Упрямый, да? Упрямый он юноша.
Даже жаль, что он уезжает так далеко, в Венесуэлу.
Жаркие тропики, ядовитые змеи.
Дикие звери.
А пауки вот такенные. Тропический климат, жара и влажность.
Малярия.
- Так ему и надо. - Что он вам сделал?
Мне? Ничего.
Эти тропики его доконают.
- Вы должны были его отговорить. - Я? С чего бы?
Он ведь ваш дальний родственник?
Вы так тепло рассказывали мне о нём.
Я даже подозревал, что он вам нравится, даже ревновал.
Теперь он уедет в тропики и подхватит малярию.
Амебы.
Амебы не прощают.
Даже если он и выживет, от бедняги останется одна тень.
Он сам захотел уехать!
Николино! Спускайся!
Слезай с корабля, Николино!
Не уезжай, Николино! Вернись, Николино!
Уходи с корабля, Николино! Скорее!
Николино!
- Вернись! Не уезжай! - Николино!
Николино!
- Не уезжай! - Николино!
Николино! Где ты?
Где же ты?
Николино, слезай с корабля. Быстро!
Николино, вернись!
Вот ваш Николино.
- Чего уставился? Чего тебе? - София!
Не трогай меня. Молчи. Я не хочу тебя больше видеть.
- Давай! Уезжай! Прочь с глаз моих! - София.
Что ты делаешь?
- А что тут поделаешь? - Давай, беги за ней.
- Бесполезно. - Слушай меня и учись. Беги.
Поторопись.
Давай!
Я должен перед вами извиниться.
- За что? - Я думал, от вас никакого толку.
- А оказалось, я не так безнадежен? - Да.
- Счастливо. - Пока.
Сегодня ты впервые совершил доброе дело.
Хвалю! Я тобой доволен.
- Маттео. - Что, дорогой?
Какой монашеский орден самый строгий?
- Это ты к чему? - Любопытно.
Есть монахи-отшельники.
А еще — монахи-трапписты.
Они при встрече говорят друг другу: «Помни, брат, что однажды ты умрешь».
- Фрапписты. - Трапписты.
Они каждый день копают себе могилу.
Доброй ночи.
- Спокойной ночи, Маттео. - И тебе того же.
Доброй ночи.
«Помни, брат, что однажды ты умрешь».
Брат, ложись-ка лучше спать.
«Быть или не быть, вот в чём вопрос.
И будешь спать, забытый всеми, землей покрытый».
Великолепно.
Какой аромат.
Лавандовое масло?
Нет.
«Восточные ночи».
Вы знаете…
«Молитву девы»?
Конечно. С самого детства.
Сыграем в четыре руки?
Виоланте!
- Виоланте! - О, Антонио!
- Антонио! - Виоланте!
Тонино!
Маттео, отстань от меня!
КОНЕЦ
Перевод субтитров: Эльвира Сименюра